Текст публикации в Инстаграме
Мне позвонил папа, сказал, что не может дозвониться до мамы. Ее телефон еще был включен. Я тоже начала звонить маме, и тоже не могла дозвониться.
Мама работала уборщицей в Comfy. Не особо долго, месяцев 6-8, года точно нет. До ТЦ она работала мастером на заводе. Потом завод надоел, и она решила уйти. И перешла в ТЦ.
«Амстор» — самый крупный торговый центр в Кременчуге. Мама как раз работала в том отделе, куда попала ракета. С правой стороны. Из Comfy еще некоторых сотрудников не нашли.
Это был нормальный день. Мама ушла на работу в 7 утра. Предчувствий никаких не было. Мама не боится воздушных тревог, взрывов тоже. Она, в принципе, вообще ничего никогда не боялась.
Я во время сирены была дома, около 16:00 услышала 2 взрыва, вышла на балкон и увидела клубы дыма за мостом. Я не сразу поняла, что это в ТЦ. Мы подумали, что в ж/д вокзал попало, он в 500 метрах от «Амстора». Или по НПЗ (нефтеперерабатывающий завод — СП), они обычно бьют по НПЗ.
[После звонка папы] мы с сестрой заехали за нашей крестной на такси и поехали в «Амстор». Там был дым, территориальная оборона, скорая, полиция.
Нас в семье трое родных сестер. Я средняя, старшая Аня — у нее дочка Поличка, 4 месяца, — и младшая Лена, ей 17. Мы оставили сестру с крестной у ТЦ, а с папой поехали искать [маму] по больницам. Катались по больницам, потом нам позвонили из полиции, попросили сдать ДНК. Мы приехали, сдали тест, нас отправили домой, потому что в больницах нечего делать абсолютно.
Сейчас там разбирают завалы, достают людей и возможно, опознают, но я точно не знаю. В случае чего нам позвонят. Сегодня ездили в больницу узнавать, новостей не было.
Сначала был страх. А потом я поняла, что я нужна папе и мне надо его поддержать. Я психолог. Я знаю, как это сделать правильно. У меня отключились страх и все чувства. Так я держусь. И сестер поддерживаю. Папе сложно, записала его к психологу.
Перед публикацией этого материала мы получили от Даши сообщение:
Еду на ДНК 13:33
Мамы в живых нет 13:33
